О германских служителях культа Вотана - Гвидо фон Лист

к исследованию параллельных явлений такого рода в Галлии, Шотландии и Ирландии, где сохранились источники и доказательства работы таких школ. И сам этот факт с необходимостью объясняет наличие таких же институтов в Германии. Ведь как там, так и здесь можно сделать вывод о схожих религиозных воззрениях служителей местных древних культов. И не внести Германию в этот ряд было бы подобно разрыву цепи, несмотря на то, что историки формально могли отказывать служителям культа Вотана в наличии школ только потому, что об этом нет упоминания в источниках. К тому же, историк мог представлять себе наличие таких школ чем-то самим собой разумеющимся, и просто умолчать об этом.

Так как школы друидов Галлии наверняка имели большое сходство с учреждениями культа Вотана, мы можем привести выдержку из «Галльской войны» Юлия Цезаря (Bello Gall. VI Cap. 13), в которой он довольно подробно сообщает о школах друидов:

«Друиды принимают деятельное участие в делах богопочитания, наблюдают за правильностью общественных жертвоприношений, истолковывают все вопросы, относящиеся к религии; к ним же поступает много молодежи для обучения наукам, и вообще они пользуются у галлов большим почетом. А именно они ставят приговоры почти по всем спорным делам, общественным и частным; совершено ли преступление или убийство, идет ли тяжба о наследстве или о границах – решают те же друиды; они же назначают награды и наказания; и если кто – будет ли это частный человек или же целый народ – не подчинится их определению, то они отлучают виновного от жертвоприношений. Это у них самое тяжелое наказание. Кто таким образом отлучен, тот считается безбожником и преступником, все его сторонятся, избегают встреч и разговоров с ним, чтобы не нажить беды, точно от заразного; как бы он того ни домогался, для него не производится суд; нет у него и права на какую бы то ни было должность. Во главе всех друидов стоит один, который пользуется среди них величайшим авторитетом. По его смерти ему наследует самый достойный, а если таковых несколько, то друиды решают дело голосованием, а иногда спор о первенстве разрешается даже оружием. В определенное время года друиды собираются на заседания в освященное место в стране карнутов, которая считается центром всей Галлии. Сюда отовсюду сходятся все тяжущиеся и подчиняются их определениям и приговорам. Их наука, как думают, возникла в Британии и оттуда перенесена в Галлию; и до сих пор, чтобы основательнее с нею познакомиться, отправляются туда для ее изучения.»

«Друиды обыкновенно не принимают участия в войне и не платят податей наравне с другими [они вообще свободны от военной службы и от всех других повинностей] 5. Вследствие таких преимуществ многие отчасти сами поступают к ним в науку, отчасти их посылают родители и родственники. Там, говорят, они учат наизусть множество стихов, и поэтому некоторые остаются в школе друидов до двадцати лет. Они считают даже грехом записывать эти стихи, между тем как почти во всех других случаях, именно в общественных и частных записях, они пользуются греческим алфавитом. Мне кажется, такой порядок у них заведен по двум причинам: друиды не желают, чтоб их учение делалось общедоступным и чтобы их воспитанники, слишком полагаясь на запись, обращали меньше внимания на укрепление памяти; да и действительно со многими людьми бывает, что они, находя себе опору в записи, с меньшей старательностью учат наизусть и запоминают прочитанное.»

«Больше всего стараются друиды укрепить убеждение в бессмертии души: душа, по их учению, переходит по смерти одного тела в другое; они думают, что эта вера устраняет страх смерти и тем возбуждает храбрость. Кроме того, они много говорят своим молодым ученикам о светилах и их движении, о величине мира и земли, о природе и о могуществе и власти бессмертных богов.»[1]

На основе этих сообщений Цезаря о друидизме можно сделать довольно уверенные предположения об устройстве немецких орденов служителей Вотана. Однако и в этом случае не следует забывать о том, что немецкий культ не был таким изолированным, как галльский, не был альтернативой или противовесом правящим кругам, но был неразрывно связан с ними. Такая поверхностная характеристика уже объясняет, почему христианство проникло в Галлию намного легче, чем в Германию. Короли Германии видели в приходе христианства ограничение своих властных полномочий – то ограничение, которым пренебрегли правители Галлии.

Что же касается самих школ, то, по сообщению Цезаря, мы видим, что их должно было быть много, и что он определенно упоминает широко известную высшую школу такого рода в Британии. В то время она соответствовала тому, что в Средневековье называли «высшей школой», а затем «университетом».

Но и в германских землях должны были существовать подобные учебные заведения, ведь доказано, что служители культа Вотана уже в ранние времена обладали астрономическими и медицинскими познаниями, которые вместе с практикуемыми ими другими искусствами могли развиваться и передаваться только через настоящие школы – единообразно осуществляемое воспитание народного духа.

Доказано, что готам древних времен очень хорошо были известны двенадцать знаков Зодиака, они понимали ход планет, смены фаз Луны и положения созвездий. Йорнанд свидетельствует об этом, рассказывая о живущих за пределами Скандинавии готах. Аре Фроде, древнейший нордический сказитель саг, пишет следующее:

«Так было, что мудрейшие мужи страны в двух полугодиях четыре дня над тремястами днями считали; [А именно 364 дня по большой сотне древнейшего исчисления, которая состояла из двенадцати десятков, то есть 12х10=120 дней. Это значит, что год рассчитывался так: 3х120+4=364 дня.] это составляет две недели до шестого десятка [52 недели] или двенадцать месяцев, каждый по тридцать ночей и четыре дня сверху. И заметили они по ходу Солнца, что так лето больше к весне передвигалось, но никто не мог сказать им, что еще один день к тому добавить нужно, чтобы равное число недель в обоих полугодиях сохранить, в том и дело было.»

Аре Фроде хотел сказать, что ошибка состояла в том, что раз год разделяли на две равные части, каждая по 26 недель, то в их календарь нужно было добавить еще один день. Затем Аре Фроде упоминает, что исландец Торстер Сурт на всеобщем государственном празднике предложил после каждого седьмого лета добавлять в календарь епакту, равную семи дням. Однако было принято решение о том, что обычный год должен длиться 365 дней, а високосный год должен быть на один день дольше.

Это сообщение о реформе календаря в древнейшие времена со всей очевидностью указывает на наличие передовых познаний в астрономии и на то, что эти знания принадлежали народу, а не поступали откуда-то извне. И это тоже говорит в пользу существования школ, о которых в том числе есть указание в Саге об Инглингах: «С помощью рун и песен передавал Один свои искусства; большинству их обучил он своих служителей, что приносили жертвы, от них учение приняли многие другие, и так искусство волшбы распространилось дальше»

Теперь неудивительно, что знание рун как инструмента письменности было всеобщим, и что даже обычный человек считал смену времен года и отдельные дни с помощью рунических или календарных отметок, которые римский церковный клир объявил языческими уловками, убив эту древнюю традицию и поместив вопросы применения календаря в ведение синода. Например, католический прелат Клаус Магнус пишет, что шведские крестьяне «по перешедшему к ним знанию их предков на своих рунических жезлах все им необходимые расчеты времени самостоятельно проводить могли; имели также переходящие праздничные дни и знали о смене фаз Луны, и так за десять, шестьсот и тысячу лет ранее было».

Этот факт тоже убедительно свидетельствует в пользу всеобщего школьного образования, причем всеобщего до такой степени, которая вновь была достигнута христианской Германией только в новейшее время; но к этому мы вернемся несколько позже.

То, как сильно была распространена руническая письменность, видно из того, что она еще долго существовала и использовалась наряду с латинской, а многие люди умели писать исключительно рунами. Даже сегодня доступные крестьянские календари печатают вместе с похожими на руны знаками, которые рассчитаны на неграмотных.

Если до сих пор для обозначения